[де:КОНСТРУКТОР] Терра-Прайм - Александр Лиманский

Шнурок подошёл и потёрся мордой о мою здоровую ногу. Тихое, осторожное движение, от которого на душе стало чуть теплее. Маленький хищник не понимал, что происходит, но чувствовал, что его человеку плохо, и предлагал единственное утешение, которое умел: присутствие.

Очередной удар в дверь заставил его вздрогнуть и прижаться плотнее, и я положил ладонь ему на загривок, коротко, на секунду. Перья были тёплыми.

— Народ, — голос Дока прозвучал от вешалки у входа. Он стоял, держа на вытянутой руке грязный лабораторный халат, снятый с крючка. Другой рукой он протирал пластиковый бейджик, закреплённый на нагрудном кармане, плюя на него и оттирая грязь большим пальцем, как мальчишка чистит найденную монетку. — Тут написано… минуту. «Старший научный сотрудник. Проект Х-7. Допуск: Альфа-один.»

Он поднял голову и обвёл нас взглядом, и веселье окончательно покинуло его лицо, уступив место выражению, которое я видел у людей, складывающих головоломку и нашедших ключевой фрагмент.

— Они не шахтёров скрещивали, — сказал он медленно, с расстановкой, вбивая каждое слово, как гвоздь. — Те твари снаружи, в которых вросла рабочая одежда… Это не подопытные. Это сами лаборанты и учёные. Люди, которые работали здесь, в этой лаборатории, в этих халатах. Их собственный эксперимент поглотил их.

Тишина. Только удары в дверь, глухие, мерные, настойчивые.

Я посмотрел на халат в руке Дока. На бейджик с выцветшей фотографией, на которой угадывалось лицо, улыбающееся в камеру.

Ирония. Тот, кто создавал монстров, сам стал монстром. На Терра-Прайм эксперименты заканчивались так часто, что впору было вписать это в контракт мелким шрифтом: «Результат может отличаться от ожидаемого. Включая превращение в бессмертного мутанта.»

Гризли шевельнулся у двери. Я услышал, как он откашлялся, и повернул голову. Наёмник стоял, привалившись к стене, и в его позе читалось желание вернуть хоть каплю того авторитета, который я у него забрал вместе с командованием. Желание быть полезным. Показать, что он не просто наёмник с теневым контрактом, а источник информации, которая стоит того, чтобы его пока не убивали.

— В общем, — заговорил он, и голос был хриплым, потому что моё предплечье оставило на его горле память, которая пройдёт не скоро. — Насколько я знаю здесь нашли не только праймий.

Я повернулся к нему полностью. Лицо держал нейтральным, но внутри что-то щёлкнуло, как щёлкает боёк при взведении курка. Информация. За информацию на Терра-Прайм можно было простить многое. Не всё. Но многое.

— На нижних горизонтах, — продолжил Гризли, — вскрыли пещеру. Природную полость в горной породе, глубоко под основными выработками. Там был источник. Этой чёрной дряни.

Он кивнул на стены, на пол, на тонкий слой слизи, который покрывал каждую поверхность лаборатории.

— Неизвестный катализатор. Биологический агент с регенеративными свойствами, которые выходили за рамки всего, что наука видела раньше. «Семья» почуяла деньги. Огромные деньги. Регенерация тканей, восстановление органов, потенциальное бессмертие. Вывезти его на поверхность не вышло, он разлагался на воздухе. Терял свойства за несколько часов. «Семье» пришлось строить лабораторию втайне, прямо здесь, в забое.

Опять Штерн. Паутина тянулась от полковника во все стороны, как от паука, который плетёт сеть годами и контролирует каждую нить.

— А потом, — Гризли замолчал на секунду, — потом что-то пошло не так. Связь оборвалась. Шахта закрылась.

— Заперли, — закончил я. — И забыли. Пока не понадобилось забрать исследования. Интересно же что получилось.

Гризли кивнул. Коротко, тяжело. Картинка постепенно складывалась.

Я повернулся к Кире. Она стояла у терминала, и её пальцы бегали по клавиатуре, покрытой чёрной плёнкой. Экран мерцал зелёным, слабый аварийный режим, который каким-то чудом продержался десять лет на резервных батареях. Буквы на экране были мелкими, расплывчатыми, но читаемыми.

— Ева, — сказал я мысленно, — подключись к терминалу. Вытяни всё, что сможешь.

— Уже работаю, шеф. Беспроводное соединение установлено. Протоколы безопасности устаревшие, обхожу за секунды. Данные фрагментированные, но восстановимые. Дай мне минуту.

Я ждал. Удары в дверь продолжались, и интервалы между ними сокращались. Металл гудел, и мне показалось, что один из сварных швов тихо скрипнул, как скрипит трос под нагрузкой, близкой к разрывной.

— Есть, — голос Евы зазвучал в голове, быстрый, деловитый. — Проект 'Химера". Гриф 'Совершенно секретно". Куратор: полковник Г. А. Штерн. Цель: создание автономных биологических юнитов для работы в условиях Терра-Прайм. Юниты должны обладать регенерацией местной фауны, адаптацией к повышенному кислородному фону, способностью к самообеспечению пищей и, внимание, управляемостью через стандартный нейрочип Корпорации.

Они создавали солдат. Бессмертных, самовосстанавливающихся, питающихся чем попало и управляемых дистанционно через нейрочип. Армия, которой не нужны базы, снабжение, эвакуация раненых. Армия, которая не умирает.

Я озвучил для группы, коротко, выжимая из Евиных данных суть:

— Проект «Химера». Они пытались создать рабочую силу и солдат. Существ, которым не нужны фильтры кислорода, которые жрут всё подряд и регенерируют в чёрной среде. Управление через нейрочип.

Пауза. Все переваривали.

— Но чёрная слизь, — продолжил я, — оказалась не просто катализатором. Она поглотила их умы. Перехватила контроль.

Создатели создали инструмент. Инструмент создал создателей заново. По своему образу и подобию. И запер в коконах, ожидая. Чего именно ожидая, я не знал и не хотел знать, потому что варианты, которые подбрасывало воображение, были один хуже другого.

Я заметил в углу лаборатории, за опрокинутым стеллажом, бронированный настенный сейф. Компактный, вмурованный в стену, с электронным замком, экран которого давно погас.

Подошёл, достал резак. Баллон был почти пуст после заварки двери, но на петли сейфа хватит. Активировал «Автоматическую Сварку» в режиме резки. Голубое пламя зашипело, и я повёл его по верхней петле. Металл потёк за двадцать секунд. Нижняя петля, ещё пятнадцать. Резак чихнул и погас, выработав топливо до капли.

Дверца сейфа повисла на замке, который без петель потерял смысл. Я поддел её пальцами «Трактора» и отогнул, как крышку консервной банки.

Внутри лежали инъекторы. Четыре штуки, аккуратно уложенные в ряд, каждый заполнен красной жидкостью. Боевой стимулятор, судя по маркировке. Чистый, высшей пробы, из тех, что корпоративные медики выдают элитным штурмовым группам перед операциями, за которые не пишут рапортов.

Рядом с инъекторами лежал металлический цилиндр. Тёмный, матовый, длиной сантиметров пятнадцать, с гнездом крепления на одном конце и маркировкой, которую я не опознал. Модификатор. Брони или оружия, без инструкции не определить.

Система мигнула на визоре:

[ОБНАРУЖЕНА ДОБЫЧА]

[СТИМУЛЯТОР «КРАСНЫЙ ФЕНИКС» ×4 — КАЧЕСТВО: РЕДКОЕ]

[МОДИФИКАТОР «НЕИЗВЕСТНЫЙ ОБРАЗЕЦ» ×1 — ТРЕБУЕТСЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ]

Я убрал инъекторы в подсумок. Цилиндр туда же. Лут есть лут. На Терра-Прайм не бывает лишнего снаряжения, бывает только недостаточное.

Я выпрямился и повернулся